AMD - Почему АМД это плохо?

Жаркие споры на любые темы. ТОЛЬКО ДЛЯ ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫХ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ!

Модератор: ЭЛЕКТРОН

Правила форума
Форум "Бои без правил" является слабомодерируемым. Участие в обсуждениях на данном форуме осуществляется участниками форума на свой страх и риск!
Администрация форума оставляет за собой право модерировать форум в случае нарушения участниками форума законодательства РФ. Администрация форума не несет ответственности за сообщения, оставляемыми участниками форума.
В дополнение к общим правилам форума на форуме "Бои без правил" имеются следующие ограничения:
На форуме "Бои без правил" категорически запрещены оскорбления участников конференции, не участвующих в обсуждениях на форуме "Бои без правил". Такие сообщения будут удаляться, а нарушители будут наказаны.
На форуме "Бои без правил" запрещено обсуждение действий модераторов и администрации форума.
На форуме "Бои без правил" запрещены ссылки на сайты содержащие порнографию или размещение в сообщениях фотографий понографического содержания.
На форуме "Бои без правил" запрещено разжигание межнациональной розни.
На форуме "Бои без правил" запрещено использование мата в следующих случаях:
- в бесмысленных сообщениях, содержащих только мат;
- с целью оскорбления других участников.
Автор
Сообщение
Аватара пользователя
Банан!!!
Фанат
Фанат
 
Сообщения: 301
Зарегистрирован:
22 апр 2010, 18:56
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 3 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Re: AMD - Почему АМД это плохо?

Сообщение Банан!!! » 05 ноя 2010, 15:23

Нико?ла Тесла (серб. Никола Тесла; 10 июля 1856, Смиляны, Австро-Венгрия, ныне в Хорватии — 7 января 1943, Нью-Йорк, США) — физик, инженер, изобретатель в области электротехники и радиотехники. Родился и вырос в Австро-Венгрии, в последующие годы в основном работал во Франции и США. В 1891 году получил американское гражданство[3].

Широко известен благодаря своему научно-революционному вкладу в изучение свойств электричества и магнетизма в конце XIX — начале XX веков. Патенты и теоретические работы Теслы сформировали базис для современных устройств, работающих на переменном токе, многофазных систем и электродвигателя, позволивших совершить второй этап промышленной революции.

Также он известен как сторонник гипотезы эфира.

Именем Теслы названа единица измерения плотности магнитного потока (магнитной индукции). Среди наград учёного — медали Э. Крессона, Дж. Скотта, Т. Эдисона.

Современники-биографы считали Теслу «человеком, который изобрёл XX век»[4] и «святым заступником» современного электричества»[5]. После демонстрации радио и победы в «Войне токов» Тесла получил повсеместное признание как выдающийся инженер-электрик.[6] Ранние работы Теслы проложили путь современной электротехнике, его открытия раннего периода имели инновационное значение. В США по известности Тесла мог конкурировать с любым изобретателем или учёным в истории или популярной культуре[7].

Министр культуры и экологии Сербии называет Николу Теслу одним из самых больших учёных во всей мировой истории [8]. Бранко Ковачевич, декан электротехнического факультета Белградского университета, утверждает, что Никола Тесла наперёд знал, как будет развиваться наука [9].

Никола Тесла был гений 8-)

Аватара пользователя
Opteron 2xxx
Штатный мерзавец
 
Сообщения: 6275
Зарегистрирован:
12 авг 2009, 21:59
Благодарил (а): 3 раз.
Поблагодарили: 45 раз.
Блог: Просмотр блога (1)

Сообщение Opteron 2xxx » 05 ноя 2010, 15:24

Крайне редко, но случается и такое. Конечно, это своего рода экзотика, но пару слов нужно сказать и о таком повороте событий. Тем более, что сейчас, когда приняты новые законы, касающиеся психиатрической помощи, количество психов на улице выросло в разы.

Раньше психически больного человека могли положить в психиатрическую больницу на основании за -явления посторонних людей, например, соседей. Теперь все не так — только ближайшие родственники больного или он сам могут настоять на госпитализации. Понятно, что сам псих добровольно в больницу идти не пожелает. Родственники тоже в большинстве случаев будут такого больного жалеть — не чужой человек все-таки. Вот и получается, что товарищи, больные шизофренией или маниакально-депрессивным психозом, свободно разгуливают, где хотят.

В основном такие больные на людей нападают довольно редко. Особенно если с ними напрямую не контактировать. Но бывают случаи, когда острый психоз становится причиной опаснейших преступлений.

Был, к примеру, случай, когда женщина, больная шизофренией, в один прекрасный день взяла молоток и вышла на детскую площадку, где принялась бить этим молотком играющих на площадке детей. Сделала она это потому, что детишки ей показались маленькими, отвратительными и опасными демонами, которые назло ей визжат, кричат и смеются.

Если бы женщину изолировали раньше, когда проявились первые симптомы болезни, ничего подобного бы не произошло.

Но бывают варианты, когда болезнь проявляется вдруг, на ровном месте. Когда человек ни с того ни с сего впадает в острый психоз — проще говоря, сходит с ума. Так, один мужчина убил свою жену и ребенка. Была совершенно нормальная семья, вполне благополучная. Мужчина не пил, не употреблял наркотики, с виду был вполне здоров психически. И вот однажды, при совместном семейном просмотре телевизионной передачи, он молча встал, пошел на кухню, взял топорик для разделки мяса и зарубил жену с ребенком. Почему и зачем он это сделал, мужчина впоследствии объяснить не смог. Выяснилось, что в подростковом возрасте он перенес два сотрясения мозга. Спустя двадцать лет эти сотрясения сказались вот таким жутким образом. Подобное случается — черепно-мозговые травмы иногда приводят к неожиданным психозам.

Кстати, по статистике, 80 % лиц мужского пола получали в течение жизни черепно-мозговые травмы. Ну а если вспомнить количество наркоманов и алкоголиков, которые тоже склонны к неадекватному поведению, то можно сказать, что шансы столкнуться с парнем, пребывающим в измененном состоянии сознания, не так уж и малы.

Поэтому некоторые хитрости о том, как избежать конфликта с этой категорией граждан, знать полезно.
Особенности нападения психически больных:
— Первое и самое главное — немотивированность такого нападения. То есть для психа его поведение вполне мотивировано и адекватно. Но для нормального человека — это полный сюрприз. Если ты наступишь случайно на ногу здоровому человеку, он не воспримет это как попытку унизить его или убить. Случайность, с кем не бывает. Достаточно из виниться, и инцидент будет исчерпан. Психически больной человек — другое дело. Он может нафантазировать себе все, что угодно. Соответственно, агрессию тоже может вызывать любое твое даже самое безобидное действие или слово. Угадать заранее, ЧТО так подействует на психически больного чело - века, — невозможно. Даже специалисты не всегда могут точно сказать, какую реакцию у больного вы зовет тот или иной поступок. Просто пристальный взгляд, обращенный на психопата, может спровоцировать агрессию. — Как непредсказуемо само нападение или про сто возникновение конфликта, так же непредсказуемо и поведение больного в конфликте. Психически больной человек живет по законам своего внутреннего мира, который может очень сильно отличаться от реальности. Поэтому ожидать от него адекватной реакции на свои слова и действия — несколько наивно. Отреагировать он может как угодно. И нужно быть готовым к тому, что все уговоры, вежливые увещевания приведут лишь к еще большей агрессии. А то и вовсе к удивительным последствиям.
— У психически больных людей снижен порог болевой чувствительности, на них не действует газ из газовых баллончиков, а сами они могут проявлять чудеса силы и выносливости. При этом о таких вещах, как рассчитывание силы удара или элементарное нежелание причинить тяжкий вред кому-то, — речь и вовсе не идет. Агрессивный психотик всегда будет атаковать максимально сильно и решительно. По вышеперечисленным причинам нейтрализовать агрессивного психа крайне сложно. Даже щупленькая тетенька в остром психозе способна доставить массу проблем дюжим санитарам. А уж про неспециалистов и говорить нечего.

— Ну и наконец, о таких штуках, как закон или мораль, больной человек даже не задумывается. Поэтому не остановится ни перед чем. Если получится пустить в ход топор или железную трубу — он пустит, не сомневайся. И ему за это ничего не будет. Ну, загремит в психиатрическую больницу, и все.

Отсюда вытекают и простые правила поведения в подобных ситуациях:
— Перво-наперво: нечего наступать окружающим на ноги и пялиться на них в транспорте. Неизвестно, на кого можешь нарваться в следующий момент. Вежливость, предупредительность, внимательность к окружающим, а не только к собственной персоне — все это не пустые слова. Это модель поведения, которая избавляет человека от массы неприятностей.

— Если вдруг вспыхнула ссора и ты чувствуешь, что человек ведет себя не совсем адекватно, — под любыми предлогами выходи из конфликта. Не стыдно будет и просто развернуться да уйти. Какие признаки этой самой неадекватности могут быть? Ну, например, пустой взгляд, обращенный мимо тебя; ответы невпопад; не соответствующая проблеме агрессивность (наступил ему на ногу, а он, брызжа слюной, обещает найти тебя и отомстить); слишком активная жестикуляция и вообще повышенная двигательная активность — в норме человек не размахивает руками, как мельница крыльями; с другой стороны, возможна и ярко выраженная заторможенность — человек, замерев, смотрит в одну точку с отвисшей челюстью и, кажется, ни на что не реагирует. Вообще такая заторможенность не должна сбивать тебя с толку и внушать чувство безопасности. У некоторых людей в состоянии аффекта первая реакция — это именно резкое снижение двигательной активности. Они замирают, как соляной столп, и могут так простоять или просидеть несколько минут. А потом, когда их «отпускает», они начинают действовать. Случай из жизни — муж грубо обозвал свою жену. Та впала на пару минут в ступор. Муж, видя, что жена молчит и никак не реагирует, пожал плечами и ушел в другую комнату. Ну а потом, когда первый шок у жены прошел, она взяла кухонный нож, зашла в комнату к мужу и нанесла ему семнадцать ударов ножом. Вот тебе и снижение двигательной активности... Короче, если видишь что - то странное, непривычное, ненормальное — сразу прекращай диалог и попытайся свинтить с места разборки. Конечно, ты можешь ошибиться и принять совершенно здорового человека за психически больного. Но тут лучше перестраховаться.

— Если уйти не удается, старайся говорить очень спокойно, негромко, медленно, нараспев. Такая речь часто успокаивает буйных больных. Не спорь. Не пытайся доказать свою правоту — это, в принципе, невозможно, человек тебя все равно не слышит и не понимает. Попробуй перевести разговор на другую тему. Не важно на какую. Хоть о погоде начни болтать. Только тихо и медленно. Не делай резких движений и даже не думай прикасаться к оппоненту. Он может воспринять это как открытую агрессию. Ну и при первой же возможности, как только он зазевается, — ретируйся. Словом, главный принцип — сохранять спокойствие (хотя бы его видимость), отвлекать внимание (ненавязчиво) и исчезать с места конфликта, как только представится возможность.
Про оверклокерс http://www.youtube.com/watch?v=FvhpVofHUww
Интельщики - педостахановцы (разгон до утренних пятухов)
Настоящие фанаты АМД, никогда не сдаются http://www.youtube.com/watch?v=v8KUCl9lFFk
Те кто не помогал АМД http://www.youtube.com/watch?v=BXq2Owuk ... re=related
Фанаты интела получа Пи http://www.youtube.com/watch?v=TGqLVaJW ... re=related

Аватара пользователя
Банан!!!
Фанат
Фанат
 
Сообщения: 301
Зарегистрирован:
22 апр 2010, 18:56
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 3 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение Банан!!! » 05 ноя 2010, 15:26

Opteron 2xxx писал(а):ВЫпрыгиваешь из штанов ты по видимости, у тебя мания гомосексуализма развилась. Ты пристаешь к каждому фанату амд.


Ты выдаешь желаемое за действительное. Те у кого Фуйном Х6 к каждому мужику пристают чтобы их трахнули :tooth:

Аватара пользователя
Opteron 2xxx
Штатный мерзавец
 
Сообщения: 6275
Зарегистрирован:
12 авг 2009, 21:59
Благодарил (а): 3 раз.
Поблагодарили: 45 раз.
Блог: Просмотр блога (1)

Сообщение Opteron 2xxx » 05 ноя 2010, 15:30

Глава 4. Клиническое исследование психически больных
Морозов Г. В., Шумский Н. Г.

«Доброжелательность, большое терпенье, самообладание, полная свобода от всех предрассудков, понимание людей, как результат глубокого знания жизни, умение вести разговор, по крайней мере энциклопедическое знакомство с душевными болезнями и особенно склонность к своему призванию, необходимые свойства психиатра».

W. Griesinger.

«Qui bene interrogat — bene curat».

Г. А. Захарьин.

В настоящее время в преобладающем числе медицинских дисциплин исследование больных производится с помощью клинического и инструментально-лабораторных методов исследования. Число последних не только неуклонно растет. Совсем нередко они становятся доминирующими и при исследовании больных оттесняют клинический метод на задний план. Данный факт уже давно хорошо осознавался врачами, особенно интернистами. «Наша наука в результате увеличения числа диагностических вспомогательных методов стала в руках отдельных врачей скорее лабораторной наукой, чем частью практической и прикладной биологии. Успехи механизирования, титрования, фильтрования, калориметрирования и тому подобных методов приводят к тому, что молодой врач иногда почти забывает о самом больном» (A. Strumpel). Эти слова остаются актуальными и на сегодняшний день. «Клиническое мышление, в высокой степени столь свойственное врачам старого поколения, менее свойственно новейшему поколению врачей, вероятно, главным образом вследствие переоценки лабораторных методов. Однако это мышление удерживает свое выдающееся значение для диагностики и теперь» (R. Hegglin, 1965). Для иллюстрации своего отношения к клиническому методу исследования R. Hegglin приводит схему Lopes Cardozo (1954), на которой изображена иерархия различных методов, участвующих в процессе диагностики внутренних болезней. Схема представляет собой пирамиду. Ее вершину занимает клинический диагноз. Основание пирамиды составляют анамнез, status praesens и общие критерии (компетентность, полнота обследования, клиническое мышление). На гранях пирамиды расположены самые различные объективные методы исследования: электрокардиография, рентгенология, серология и т.д.

Психиатрия сегодняшнего дня располагает определенным числом объективных методов исследования, основанных на использовании достижений естественных наук. Эти методы все в большей мере становятся составной частью практической психиатрии. Однако параклинические (инструментально-лабораторные и др.) методы исследования пока еще лишь в весьма ограниченном числе случаев способны помочь в решении вопросов диагностики и тем более лечения психически больных. В психиатрии так же, как это было и сто, и сто пятьдесят лет тому назад, основным по-прежнему является клинический метод, в котором, по словам П. Б. Ганнушкина (1924), главное место принадлежит расспросу. Данное положение справедливо и в настоящее время. «Основным приемом исследования психически больных служит расспрос» (А. В. Снежневский, 1983).

Отечественная медицина вправе гордиться. Метод исследования больных с помощью расспроса был впервые развит в систему в России ГА. Захарьиным в последней четверти XIX века. Французский кардиолог H. Huchard, приехавший в Москву со специальной целью ознакомиться с тем, что представляет собой метод, разработанный ГА. Захарьиным, дал ему самую высокую оценку, сказав, в частности, что в Московской школе терапевтов «расспрос поднят до высоты искусства» («l’interrogatoire, qui est eleve a la hauteur de l’art»). Метод исследования с помощью расспроса был в последующем распространен в Московской школе врачей и на другие клинические дисциплины: «Покойный профессор В. Ф. Снегирев ... нередко обращал внимание на практическое следствие той опытности, которую он приобрел своей многолетней работой. Мы не раз слышали от него, что свою диагностику и в простых, и в наиболее запутанных случаях ему удавалось ставить почти всегда еще до объективного исследования, которое является очень часто только подтверждением того, что успело уже выясниться из расспроса, анализа и всего изучения подробностей случая. В несвязанных, бестолковых ответах малоинтеллигентных больных он умел улавливать яркие черты, терпеливо отыскивать указания на фактические данные, сопоставлять все это и широко пользоваться при окончательных выводах и заключениях» 1. Московские психиатры — С. С. Корсаков, В. П. Сербский, П. Б. Ганнушкин и ряд их учеников были теми, кто в полной мере использовал расспрос в качестве основного метода изучения психических болезней.

О том, как умелый расспрос способен вскрыть и дать возможность усвоить картину психической болезни даже несведущему в психиатрии человеку и к чему приводит неумение расспросить психически больного, можно судить на основании следующего примера. «Особенно выделялся в то время уже знаменитый профессор психиатрии Эмиль Крепелин. Впоследствии он приобрел мировую известность первокласснейшего психиатра, проведшего коренную реформу во всей клинической психиатрии. Систематического курса мне у него не довелось слушать, студентом младшего курса я только посетил из любопытства две-три его клинические лекции. Выводят психически больного. Крепелин, внимательно глядя, начинает задавать вопросы, и на наших глазах, как высокохудожественное произведение, ярко начинает вырисовываться вся характерная картина данной болезни. И заключительная характеристика, которую давал болезни профессор, была для слушателей естественным и необходимо вытекающим итогом всех расспросов больного. Так было просто, что даже странно казалось, что в этом особенного? И только тогда я оценил всю талантливость Крепелина, когда его сменил на кафедре другой профессор: суетится вокруг больного, задает бесконечное количество бестолковых вопросов, туманится голова от скуки; конец демонстрации, а картина болезни нисколько не стала яснее, чем в начале». 2

П. Б. Ганнушкин (1924) называл расспрос необъективным методом. Однако подобный субъективный метод исследования обладает для психиатра совершенно исключительным значением. Дело объясняется особенностью психических болезней. Определяющие их расстройства являются по преимуществу субъективными, выражаясь в форме, которую в обыденной жизни называют переживаниями. Выявить их во всей полноте можно только с помощью расспроса. Но последний способен вскрыть не только индивидуально проявляющиеся симптомы психической болезни. С его помощью психиатр получает сведения о личности больного человека, без которых диагностические, лечебные и социальные мероприятия не будут иметь своего всестороннего рассмотрения и решения.

Расспрос больного позволяет выявить клинические факты, определяющие его настоящее психическое состояние, и собрать субъективный анамнез. Расспрос родственников и лиц, знающих больного, позволяет собрать объективный анамнез, который дает возможность:

1.уточнить высказывания больного об уже выявленных у него психопатологических расстройствах;
2.выявить те их них, о которых больной не говорил, и с их помощью уточнить его психический статус и субъективный анамнез;
3.оценить присущие больному личностные особенности и то, как они изменились за время болезни. Хорошо собранный анамнез позволяет установить достоверный диагноз болезни и индивидуальный диагноз больного.
Расспрос — это не просто выявление различных данных, сообщаемых больным и знающими его лицами, это всегда активное, зачастую очень напряженное состояние всей психической деятельности врача — его ума, чувств, воли, внимания, впечатлительности и т.д. Умело осуществленный расспрос вскрывает не только особенности проявлений и развития психической болезни, но и влияние на нее многообразных привходящих условий, реакции больного на саму болезнь и на различные жизненные ситуации, с которыми ему приходится сталкиваться, медицинские и социальные последствия, обусловленные заболеванием. Разумеется, для успешного исследования необходимо знание фактического материала, составляющего предмет психиатрии. Однако совершенно недостаточно заучить сведения, которые излагаются в учебных пособиях по психиатрии. «Закругленные и отделанные картины болезни легко усваиваются, но с трудом мирятся с действительностью, на которую они столь же походят, сколько Орлеанская Дева Шиллера походит на историческую Деву» 3. Всегда необходимо выработать знания, основанные на личном опыте исследования и лечения больных.

Клиническое исследование, в котором главенствующая роль принадлежит расспросу, собеседованию, несомненно, предъявляет определенные требования к психиатру как к человеку. Создатели научной психиатрии постоянно подчеркивали данное обстоятельство: «Нужна особая склонность к своему призванию» (Griesinger W., 1867); «известный склад характера» (Корсаков С. С., 1901); «совершенно особые душевные качества» (Kraepelin E., 1912). «Умение беседовать с душевнобольным дается не только знаниями и опытом, но — скажу прямо — определенными психическими данными врача-исследователя, иногда даже интуицией. Есть очень опытные и знающие психиатры, которым это умение говорить с душевнобольными вовсе не дается и которые благодаря этому не могут получить тех данных, того статуса, который соберет другой психиатр, умеющий подойти к больному» 4. Значение человеческих качеств врача в деле исследования, диагностики и лечения постоянно подчеркивается представителями различных клинических дисциплин, в частности, интернистами. Так, французский клиницист N. Fiessinger (1948) считает, что одним из важнейших слагаемых в вопросах исследования больного и постановке надежного диагноза всегда являются личные качества врача. Такие высказывания легко умножить.

Личность врача имеет наибольшее значение при исследовании душевнобольных. Даже у психически здоровых людей бывают в жизни такие периоды, когда в силу различных обстоятельств ими овладевают мысли, чувства, желания, представления и т.д., выходящие за рамки общепринятого. Эти субъективные переживания часто не могут быть правильно оценены человеком, которым они владеют, а у окружающих — встречают непонимание и даже противодействие. Ни в чем люди с различными заблуждениями не нуждаются больше, чем в понимании. У лиц с болезненными психическими отклонениями те же, что и у здоровых, переживания количественно и качественно иные. Они существуют длительно, зачастую всю жизнь. Поэтому душевнобольные занимают по отношению ко всем остальным, так называемым нормальным людям, совершенно особое положение. Их часто не только плохо понимают или не понимают совсем. Их не хотят принимать такими, какие они есть. Непонимание и неприятие исходит не только от окружающих, но и от близких больным людей. Каждый психически больной по сравнению со здоровым человеком необычайно уязвим психологически. Эта уязвимость особенно выражена у сознательных и легко болеющих психически больных. Любому больному человеку совершенно необходимо, чтобы его поняли. Психически больные нуждаются в понимании больше, чем кто-либо из всех больных вообще. Для понимания больного человека, в том числе и страдающего психическими расстройствами, мало одних профессиональных знаний. Нужна еще и способность проникнуть в чужую сущность, а для этого необходима психологическая одаренность. Обязательным ее свойством должна быть высокоразвитая эмоциональность, в первую очередь эмоциональная откликаемость — эмоциональный резонанс. Именно последний дает психиатру возможность почувствовать проблемы больного человека в том случае, когда доводы ума и опыта не в состоянии этого сделать. Эмоциональный резонанс играет очень важную роль в таком явлении, как сопереживание. Возможно, именно большая эмоциональность должна отличать психиатров от представителей других клинических дисциплин. Знание биографий выдающихся психиатров всегда в прямой или в косвенной форме позволяет отметить их высокую, порой необыкновенно выраженную эмоциональность.

«В чем особенность Ганнушкина? Мне кажется, его отличительная черта — это доброжелательная заинтересованность. При беседе с ним больной чувствовал и понимал, что эта беседа для Ганнушкина нечто большее, чем служебная обязанность, что рассказ больного интересен для Ганнушкина, что он даже увлекает его. Ганнушкин при этом обычно не скрывал своих чувств: он смеялся, сожалел, сердился, сопереживал. Это, возможно, главное. Это и располагало к нему больных, они полностью раскрывались в беседе с ним. ... Ганнушкин в беседе с больными отражал самого себя. Равнодушие и безучастность — качества, чуждые Ганнушкину» 5. О нем же: «Тонкий знаток человеческой души, всегда ласковый, чуткий и внимательный, необыкновенно простой в личных отношениях, он обладал каким-то особым очарованием, неотразимо действовавшим даже на лиц, недоброжелательно к нему настроенных» 6.

Эмоциональность-одна из основ общения врача с психически больным человеком. Ей, конечно, всегда должны сопутствовать и другие личные качества. Сама по себе одна эмоциональность не дает ничего. Более того, будучи выраженной и оттесняя другие человеческие свойства, она почти всегда вредит делу. В какой-то степени эмоциональность должна играть роль катализатора в общении врача с больным. Успех расспроса психически больных зависит также от опыта и дисциплинированности мышления врача.

Существует три основных способа расспроса. Неопытные врачи и врачи, имеющие опыт, но с недостаточно дисциплинированным мышлением пользуются способом, который можно назвать «случайным»: вопросы задаются без предварительного обдумывания, часто непоследовательно. Они касаются не только самых различных сторон психического состояния больного, одновременно и важных, и второстепенных, но и различных анамнестических сведений, не связанных с выявляемыми расстройствами. При таком расспросе обнаруженный психопатологический симптом часто либо не уточняется, либо, напротив, подвергается излишней детализации, что мешает распознаванию других, связанных с ним симптомов. Чаще всего хотят обнаружить в первую очередь манифестные психопатологические расстройства — бред, галлюцинации, нарушения мышления и т.д. Их отсутствие или невозможность выявления ставят врача в тупик, и дальнейшие вопросы могут стать более хаотичными. При этом остаются нераскрытыми то важные детали картины болезни, то вся ее картина в целом.

Второй способ заключается в том, что врач ведет расспрос, придерживаясь той или иной схемы в последовательности выявления психопатологических расстройств. Такая схема создается предварительно на основе каких-либо фактов, уже имеющихся в распоряжении врача или полученных в начале беседы с больным. Содержание вопросов и их последовательность обычно значительно не меняются в зависимости от ответов больного. Вопросы врача направлены на выделение и уточнение тех расстройств, которые, по его мнению, являются наиболее важными для установления особенностей психического статуса, нозологического диагноза или каких-либо других целей, например, научных. Такой расспрос можно назвать «систематическим». И при первом, и при втором способах расспроса инициатива в беседе принадлежит врачу.

Третий способ расспроса предполагает два условия:
Про оверклокерс http://www.youtube.com/watch?v=FvhpVofHUww
Интельщики - педостахановцы (разгон до утренних пятухов)
Настоящие фанаты АМД, никогда не сдаются http://www.youtube.com/watch?v=v8KUCl9lFFk
Те кто не помогал АМД http://www.youtube.com/watch?v=BXq2Owuk ... re=related
Фанаты интела получа Пи http://www.youtube.com/watch?v=TGqLVaJW ... re=related

Аватара пользователя
Хмеля
Истинный Фанат
Истинный Фанат
 
Сообщения: 3434
Зарегистрирован:
28 авг 2009, 15:15
Откуда: Минск
Благодарил (а): 105 раз.
Поблагодарили: 93 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение Хмеля » 05 ноя 2010, 15:31

Opteron 2xxx
Это вам в психбольнице такой ликбез по пятницам устраивают? :?
А вот среди нас фанатов амд, начинается мордобой типа того ты меня уважаешь. (Opteron 2xxx)
Я всю жизнь занимался спортом и мой интерес были виды спорта чтобы по башке кому дать. (Opteron 2xxx)
Естественно я конченный фанат АМД. (Opteron 2xxx)
Можете считать меня фанатом одного скрина ;)
"Дальше пошли непереводимые потоки сознания" 12 июл 2012, 20:57 (с) Сателит о своих постах

Аватара пользователя
Opteron 2xxx
Штатный мерзавец
 
Сообщения: 6275
Зарегистрирован:
12 авг 2009, 21:59
Благодарил (а): 3 раз.
Поблагодарили: 45 раз.
Блог: Просмотр блога (1)

Сообщение Opteron 2xxx » 05 ноя 2010, 15:32

1.активную роль в беседе играет сам больной;
2.вопросы врача определяются в первую очередь теми сведениями, которые сообщает больной, и имеют целью вызвать у него желание самому рассказывать о себе. Врач не перебивает течение мыслей больно-то и дает ему возможность выговориться, отмечая про себя наиболее значимые факты, которые позже уточняются дополнительными вопросами.
Такой расспрос можно назвать «свободным».

«Случайный» расспрос неприемлем для исследования психически больных. Остальные два способа являются в психиатрии основными. Каждый из них имеет свои преимущества. «Систематический» расспрос приемлем для обследования больных с манифестными психическими расстройствами. Он бывает незаменим в научной работе, когда требуется доскональное изучение того или иного психопатологического нарушения. Этот способ врачи часто используют в условиях ограниченного времени, в частности, при экспресс-диагностике. «Свободный» расспрос предпочтителен в клинике малой психиатрии — при исследовании больных со стертыми формами психопатологических расстройств, неврозами и психопатиями, а также у больных с психосоматическими расстройствами. При таком расспросе врач имеет возможность обнаружить нарушения, проявления которых сам больной затрудняется определить. Психопатологические симптомы выявляются из всего контекста беседы, а не из отдельных высказываний больного. В этом случае врач часто получает представление и об индивидуальных особенностях личности больного. Это создает предпосылки и для психотерапевтического воздействия на больного в ходе психиатрического обследования. Таким образом, обследование больного дает не только возможность установить диагноз, но одновременно способно оказаться и лечебным методом. На практике оба способа расспроса часто сочетаются. Начинают обычно со «свободного» расспроса, а затем, когда клиническая картина начинает проясняться, переходят к «систематическому» расспросу.

Условно выделенные два основных способа расспроса используются и большинством клиницистов, а не только психиатрами. Отмечено, например, что в хирургии менее опытные врачи предпочитают «систематический» способ, в то время как их старшие коллеги используют преимущественно «свободный» — они больше слушают, задают меньше вопросов и в диагностике постоянно достигают гораздо более высокой эффективности (Ieaper и соавт., 1973). То же самое происходит и в клинике внутренних болезней. «Очень существенно, по крайней мере вначале, чтобы больной свободно высказывался обо всем, что его угнетает. Уже сам характер изложения больным своих жалоб может дать исключительно важные диагностические данные. Это позволяет в значительной степени правильно оценить субъективные факторы. Поэтому первые четверть часа являются часто решающими для взаимоотношений между врачом и пациентом. От характера этих отношений существенно зависит, будет ли поставлен правильный диагноз. Во время этих первых 15 минут врач получает представление о больном как личности». 7 Следует ли напоминать о том, какое значение имеет для психиатра знание личности психически больного человека.

П. Б. Ганнушкин отмечал необходимость умения подойти к больному при его расспросе. Умение подойти к больному состоит, в основном, в способности психиатра побудить больного говорить о себе, вызвать его на откровенность и в конечном счете завоевать его доверие. Во многих случаях добиться этого трудно и первое, чем должен запастись психиатр, — это терпением. Беседа с психически больным человеком всегда, даже тогда, когда она непродолжительна, должна быть неторопливой, будто бы врач готов беседовать длительное время. Это особенно важно при расспросе интравертированных и конфузливых больных. Им всегда есть, что сказать о себе, а часто существует и потребность высказаться. Только говорят они о себе, особенно поначалу, мало и, на первый взгляд, как бы неохотно. Им всегда требуется известное время и умелый подход врача, чтобы разговориться. Всегда следует стремиться к тому, чтобы врач говорил намного меньше больного. При всех обстоятельствах больной должен иметь возможность высказаться. Нельзя задавать новый вопрос, не дослушав ответа на предыдущий. Нередко больного необходимо слушать молча, не перебивая. Вопросы, задаваемые врачом, должны быть сформулированы просто, с использованием, по возможности, обыденных слов. Они должны быть краткими, ясными, в ряде случаев состоящими всего лишь из одного-двух слов. Каждый вопрос должен содержать не более одной мысли. Вопросы должны быть разделены паузами, а не следовать непрерывно один за другим. Смотря по обстоятельствам, такие паузы могут длиться 10-20 секунд, иногда дольше. Больной должен иметь время для размышления. «Закидывать» больного вопросами недопустимо. В тех случаях, когда расспрос ведется в присутствии нескольких врачей, вопросы больному каждый врач должен задавать лишь после того, как заканчивает расспрос его коллега. Это исключает «перекрестный» расспрос, всегда сбивающий больных с толку. Задаваемые больному вопросы по возможности должны иметь целью не только получить ответ, но и явиться для больного побудительным стимулом к тому, чтобы он сам продолжил разговор. Поэтому, как об этом говорилось выше, не следует торопиться с очередным вопросом после того, как больной ответил на предыдущий и на какое-то время замолчал. Умение психиатра повременить с очередным вопросом во многих случаях способствует успеху беседы. Очень часто, помолчав немного, больной сам сообщает врачу сведения о своем состоянии. Они подчас оказываются куда более важными, чем те, которые могли бы быть получены в ответ на очередной вопрос врача. Если же больной с самого начала беседы молчит или же после нескольких ответов замолкает на неопределенное время, далеко не всегда следует тотчас побуждать его к собеседованию. Чаще целесообразнее занять на какое-то время выжидательную позицию. Само по себе молчание больного — это одновременно и форма поведения, и форма общения, имеющие диагностическую ценность.

А. Г. Галачьян рассказал такой случай. В начале 20-х гг. он, тогда еще начинающий психиатр, вел под наблюдением районного психиатра В. О. Громбаха амбулаторный прием больных. «Мне нужно было взять что-то из бумаг в кабинете, в котором В. О. Громбах принимал больных. Когда я туда зашел, то застал В. О. и больного, сидевших в молчании друг перед другом.

Когда я через некоторое время снова зашел в кабинет В. О., то застал ту же картину — врач и больной по-прежнему сидели друг перед другом и молчали. Случай меня озадачил, и я рассказал о нем П. Б. Ганнушкину — «мол, что это В. О: сидит на приеме и молчит?» «А молчит, значит так надо; не всегда следует с больным разговаривать; нужно и помолчать», — сказал П. Б.

Беседа с психически больными постоянно затрагивает такие стороны их психического состояния или личной жизни, о которых они говорить не хотят. Контекст беседы, словесные и мимические реакции больного почти всегда подсказывают врачу, что подходит момент, когда следует проявить в вопросах осторожность или деликатность. Если больной не хочет говорить о своем психическом состоянии, каких-то его сторонах или обстоятельствах своей прошлой жизни, то задавать ему прямые вопросы с целью их выявления — чаще всего пустое или даже вредное дело. Такие вопросы или мешают установлению доверительных отношений между врачом и больным, или же подрывают их, если они уже существуют. Целесообразнее заговорить с больным на нейтральную для него тему, вводить в нее вопросы, лишь косвенно затрагивающие то, о чем он прямо говорить не хочет, и лишь слегка попытаться выявить содержание скрываемых фактов. В других случаях можно использовать ряд последовательных вопросов, первые из которых касаются определенной темы лишь в самой общей форме и лишь последующие — конкретизируют ее. Так, П. Б. Ганнушкин, желая выяснить интимную жизнь больного, формулировал свой первый вопрос так: «Как Вы относитесь к женщинам (мужчинам)?». Если больной отвечал на этот вопрос охотно, следовал вопрос: «Какое место в Вашей жизни занимают женщины (мужчины)?». Оба эти достаточно нейтральных вопроса позволяли составить общее представление об отношении больного к затронутой теме и, в зависимости от обстоятельств, прекратить расспрос или же, напротив, продолжить его.

В беседе с психически больными недопустимы слащавость, лицемерие, фамильярность, ирония, снисходительный тон. О том, как могут реагировать больные на подобные формы обращения, свидетельствуют следующие примеры. Когда одного больного спросили о том, кто из врачей лечил его раньше в одном из научно-исследовательских институтов психиатрии, тот нехотя ответил: «Ну женщина, вы ее, наверное, хорошо знаете, такая, с картонной улыбкой». В другом случае интеллигентная больная сказала своему лечащему врачу после того, как она была представлена на консультацию известному профессору: «Лучше бы он дал мне в морду, чем так со мною разговаривать». Профессор расспрашивал больную в иронически-насмешливом тоне. Недопустимы обман больного и недоверие к тому, что он сообщает врачу. Примером наиболее непростительного и вместе с тем достаточно распространенного обмана больных является положение, при котором врач, обследующий психически больного, представляется ему каким угодно врачом, но не психиатром. Такая недостойная игра в прятки всегда приносит только вред. За исключением больных, страдающих тяжелым органическим слабоумием, остальные больные в своем подавляющем большинстве не только легко и точно улавливают интонации беседы с ними, но и способны по одному содержанию задаваемых им вопросов быстро догадаться, кто их собеседник и за кого принимают их самих. Во время беседы врач может о чем-то умолчать, даже дать уклончивый ответ, как и в обыденной жизни, высказать мысль, не имеющую однозначного толкования, но ни в коем случае не следует идти на прямой обман. «Прямой неправды душевнобольной не забудет и не простит, в последнем случае врач надолго, если не навсегда, потеряет всякий престиж в глазах пациента» (П. Б. Ган-нушкин, 1924). Больных угнетает, обескураживает, оскорбляет, раздражает, озлобляет недоверие врача к тому, что они ему сообщают. Недоверие врача не обязательно высказывается словами. Оно очень часто проявляется в ответных репликах или интонациях врача, в его мимике и манере держать себя. Все это не укрывается от глаз сознательных больных, которые зачастую наблюдают за своими собеседниками куда более внимательно, чем те за больными. Недоверие врача к сообщаемым больными фактам чаще всего встречается при стертых формах психических болезней. В этих случаях жалобы и высказывания больного не соответствуют представлениям врача об особенностях проявления той или иной болезни. Крайним случаем такого недоверчивого отношения врача к словам больного является представление, что больной «притворяется» с корыстными целями. Анализ врачебных ошибок свидетельствует, что при дифференцировке легких и тяжелых психических расстройств последние, как правило, диагностируются как легкие, но не наоборот. За исключением немногочисленных ситуаций, в первую очередь экспертных, когда психиатр может встретиться с аггравацией или с различными формами симуляции, в основе даже самых незначительных жалоб психически больных лежат реальные причины.

Неправильный расспрос, в частности, недоверие врача к тому, что ему сообщают о своем состоянии больные, наряду с оскорбляющим их достоинство поведением среднего и младшего медицинского персонала — наиболее частая причина агрессивных действий больных.

Для успеха беседы немаловажное значение имеют внешние формы поведения врача. Первоначально они должны быть, пожалуй, сдержанными. Излишняя экспрессивность, особенно когда с ее помощью хотят подчеркнуть мягкость, доброжелательное отношение, доброту и т.д., надеясь тем самым поскорее завоевать расположение больного, очень часто подводит, так как при этом легко утрачиваются естественность, простота и правдивость, столь ценимые психически больными. В случаях расспроса больного, находящегося в состоянии психоза, сдержанная манера поведения врача оправдывает себя на всем протяжении беседы. При расспросе сознательных больных она в последующем меняется в зависимости от обстоятельств. Дело в том, что у каждого психиатра существуют, если использовать слова П. Б. Ганнушкина, свои достоинства и недостатки, каждый отражает в беседе самого себя со всеми своими душевными качествами. Когда больной ближе узнает врача, начинает чувствовать или просто осознает, что ему хотят помочь, он способен очень многое простить врачу и относится великодушно к его человеческим, да и к профессиональным промахам. Только вот злоупотреблять этим великодушием врачу не следует. Если врач вдумчив, он всегда сумеет почувствовать, где и в чем он допустил при беседе ошибку.

Приступая к расспросу больного, всегда следует учитывать его отношение к собеседованию. У очень многих больных, составляющих контингенты как большой, так и малой психиатрии, по отношению к психиатру существует недоверие, настороженность, нередко просто нежелание подвергаться обследованию. У одних такое отрицательное отношение к беседе обуславливается выраженными психопатологическими расстройствами, в первую очередь бредом; у других (с пограничными и близкими к ним состояниями) — аномальными чертами характера, например, такими, как ранимость, обидчивость, робость или, напротив, самоуверенность, упрямство, капризность, склонность к раздражительности и реакциям оппозиции, нередко убежденность в том, что к психиатру их направили зря, в частности, когда предшествующее лечение у врачей других специальностей оказывалось безуспешным и т.д. Немалое значение в нежелании подвергнуться психиатрическому обследованию имеет и специфический психологический фактор. «Психиатров часто боятся, за ними оказывается какая-то власть, сущность и границы которой понимаются совершенно неправильно» (П. Б. Ганнушкин, 1964). 8

Беседу с психически больным, вне зависимости от его состояния, вначале следует всегда проводить без посторонних — родственников или знакомых.

Нередко психиатры, особенно молодые, перед началом беседы обращаются к больным со словами, предназначенными их успокоить: «не волнуйтесь, возьмите себя в руки, сосредоточьтесь, не спешите» и т.д. Эффект от подобных слов очень часто бывает прямо противоположный тому, какой бы хотели получить. Не следует также прерывать речь больного подобными словами с целью ее активизации, когда он уже что-то начал говорить. Лучший способ побудить больного говорить — внимательно слушать его. Потребность высказаться перед врачом существует, в явной или в скрытой форме, у всех или почти у всех больных. Нередко больные и в начале беседы, и на ее протяжении могут заплакать. Многие психиатры начинают их при этом успокаивать. Здесь проявляется и сочувствие к больному, и стремление завоевать проникновенными, как кажется врачу, увещеваниями его расположение. Не следует успокаивать больного. Пусть поплачет. Во-первых, — это определенный симптом: ведь, как правило, плачут больные с легкими психическими расстройствами. Во-вторых, — и это немаловажное обстоятельство, — после того, как больной выплачется, ему в большинстве случаев становится легче. Совсем не редкость, когда выплакавшийся больной говорит затем о себе лучше, чем до этого.

Какой-либо схемы расспроса не существует. Содержание задаваемых врачом вопросов и их последовательность определяются психическим состоянием больного и привходящими условиями. В тех случаях, когда больной обращается к психиатру по собственной инициативе, — а это обычно свидетельство малой выраженности психических расстройств и сохранности в различной степени критического отношения к своему состоянию, — расспрос можно начинать фразой: «Почему Вы решили обратиться к психиатру?». В связи с тем, что очень многие постепенно или вяло развивающиеся психические болезни вначале почти постоянно, а скорее-всегда сопровождаются соматическими расстройствами, расспрос часто можно начинать с выяснения физического состояния больного. Если у больного имеется направление от врача другой специальности, отмеченные в нем факты могут стать отправной точкой беседы. Важно, чтобы первоначальное ее содержание, по возможности, касалось бы того, что может заинтересовать больного, и в то же время носило бы обыденный характер. У одних больных такой разговор может продлиться минуты, у других-затянуться. Умение перейти от начальных «нейтральных» вопросов к собственно расспросу о психическом состоянии требует определенного опыта. При расспросе любого больного лучше идти от выявления более легких психических расстройств, например, характеризующих настроение, к выявлению более тяжелых, если, конечно, сам больной сразу не заговорит о последних. Легче всего получить сведения от больных с манифестным психозом и выраженным слабоумием: расстройств много, они отчетливы, и хотя бы о какой-то части психического статуса врач может получить нужные ему сведения. Сложнее всего расспрос больных с пограничными и близкими к ним состояниями, а также больных с начальными симптомами бреда и слабоумия. Расстройств мало, они часто «прикрыты» домыслами больных о своем состоянии и их сообщениями о всякого рода бытовых деталях, которые легко сбивают начинающего врача с толку.

Больных с манифестными психическими расстройствами (депрессивными, маниакальными, с преобладанием галлюцинаций, с растерянностью, с продуктивными формами помрачения сознания и т.д.) обычно можно расспрашивать при помощи прямо поставленных вопросов. Исключение составляют многие больные с бредом. Здесь часто встречается та или иная степень недоступности, и вопросы, во всяком случае вначале, лучше задавать в косвенной форме, как бы «наталкивая» больного на желание рассказать то, что он пытается скрыть. Так, если у больного заподозрен бред ущерба, то целесообразно вначале спросить его о доме, о квартире, о соседях. Редко больной с бредом ущерба удержится, чтобы не сказать при этом, что вот, мол, с соседями немного не повезло — хулиганят. Содержание «хулиганства» и составит цель дальнейшего расспроса — выяснения, в чем же это проявляется конкретно. Следует помнить, что очень многие больные в состоянии психоза и без него, вне зависимости от уровня своего интеллектуального развития и полученного ими образования, говорят о существующих расстройствах (бреде, депрессии, деперсонализации, растерянности и т.д.) весьма однотипно, используя примерно одни и те же слова, а нередко и выражения. Если, например, больной говорит: «Зачем Вам это знать?», «Я знаю и Вы знаете»; «Там все написано!»; «Вам и так все известно» — определение статуса как бредового является наиболее вероятным.

Психиатру необходимо запечатлевать в своей памяти различные картины болезненных состояний. Это запечатление должно быть преимущественно слуховым, чему помогают сами больные.

Об одних и тех же симптомах они часто говорят по-разному, но в этом «разном» очень нередко, если не всегда, можно отметить сходные выражения, определяющие то или иное расстройство. Улавливание на слух и запоминание таких сходных выражений, своего рода словесных «матриц», помогает достоверному определению того или другого симптома. Более того, рассказывая о своем психическом состоянии, больные нередко дают поразительно точные образные определения существующим у них психическим расстройствам: «У меня эфемерное состояние» (больной с деперсонализацией); «Я умом разговариваю» (больная с психическими автоматизмами); «Эта черная полоса в моей жизни» (больной с депрессией); «Повторяющиеся моменты» (больной с пароксизмальными расстройствами) и т.д. Психиатр может использовать подобные высказывания не только как диагностический признак, но и как словарный элемент расспроса больного. Образные сравнения и точные слова, которые употребляются больными для определения своего состояния, как правило, близки и понятны им. Поэтому введение их в вопросы, задаваемые врачом, вполне допустимо. Это можно делать при расспросе как больных, находящихся в состоянии психоза, так и при расспросе больных с легкими и пограничными психическими расстройствами. Пользоваться такими словами психически больных следует осторожно, не перегружать ими свою речь и всегда избегать повторения шаблонных житейских изречений, которые нередко употребляют больные.

Добавлено через 26 секунд:
Если врач сумел выявить характер основных расстройств и достаточно определенно знает, что еще может сообщить ему больной, то позволительно задавать вопросы, на которые он сам хотел бы или мог бы ответить. Такого рода «предвосхищающие» вопросы больные обычно расценивают положительно, считая, что собеседник их хорошо понимает. Для больных с пограничными состояниями умело поставленный «предвосхищающий» вопрос — свидетельство высокой профессиональной квалификации врача и залог того, что их (больных) понимают правильно. Поэтому такие вопросы не должны бить мимо цели. Их следует использовать, уже достаточно разобравшись в состоянии больного, т.е. не в начале беседы. Если у врача появляется хоть малейшее сомнение в целесообразности «предвосхищающего» вопроса, самое лучшее — не задавать его. При расспросе многих больных, особенно с легкими психическими расстройствами, правомерны повторные, уже задававшиеся вопросы, в том числе и такие, в которые вводятся слова из ответа больного на предыдущий вопрос: «Вы сказали... повторите это еще раз». Больной обычно (если только это не больной с бредом параноидной структуры) воспринимает такой повторный вопрос доброжелательно и, отвечая повторно, нередко дает более детальный и точный ответ, от чего выигрывают обе стороны.

Тщательный расспрос, внимание к самым, казалось бы, незначительным жалобам больного — одна из тех важных причин, в силу которых определенная часть больных, в том числе и с психическими расстройствами, предпочитает лечиться у гомеопатов, а в ряде случаев — у лиц, даже не имеющих медицинского образования. Последние нередко являются хорошими наблюдателями, а часто и психологами. Они обращаются к «я» пациента, сопереживают ему, входят в его интересы, настроение, желания. Поэтому они нередко помогают больным с теми пограничными психическими болезнями, где дипломированный врач может оказаться бессильным.

Беседу с больным часто следует направлять, задавая уточняющие вопросы. Делать это надо осторожно и не всегда сразу же после того, как больной сообщил тот или иной факт. Во многих случаях, в первую очередь при расспросе больных с пограничными или легкими психическими расстройствами, целесообразнее вначале выслушать больного, а затем, выделив основные уточняющие вопросы, задавать их. Большое число уточняющих вопросов, задаваемых сразу же по ходу беседы с целью выявить психопатологические тонкости, определенно мешают выявлению целостной клинической картины. Кроме того, обилие уточняющих вопросов сбивает больного с мысли и утомляет его. В первую очередь, уточняющие вопросы имеют своею целью иллюстрировать конкретным примером то или иное расстройство, о котором говорит больной. В других случаях врач просит объяснить ему, что больной подразумевает под тем или иным своим высказыванием. Например, что означают слова больного, когда он говорит: «За мною вся Москва ходит». Продолжительность диагностической беседы колеблется в весьма широком диапазоне времени — обычно от 10-15 минут до часа, редко несколько более. При прочих равных условиях первоначальный диагностический расспрос больных с симптомами манифестного психоза обычно не следует затягивать. Ведь основная цель такого расспроса — определение главных психопатологических симптомов, определяющих статус больного. Однако, в зависимости от привходящих условий, беседа здесь может и затянуться. Расспрос больных с пограничными состояниями почти всегда требует времени.

Продолжительная беседа утомляет. Утомляет не только врача, но и больного. О том, что больной во время беседы может устать, следует помнить всегда. Расспрос прежде всего ведется в интересах больного, а не в интересах врача, преследующего, например, цель научной разработки вопросов психиатрии. Расспрос всегда следует приноравливать к психическому состоянию больного. Больной имеет право изнурять врача вопросами. Врач, если клиническая картина болезни в целом ему ясна, должен отложить выяснение психопатологических тонкостей до другого раза.

«Была ли, и какая именно, система в опросе больных Ганнушкиным? Ее можно определить одним словом: индивидуализация. С одним больным он разговаривал до часа, другому задавал два-три вопроса. Одного больного он слушал молча, не прерывая и почти не задавая вопросов, высказывания другого больного он направлял, уточнял, корригировал. Тема разговора не всегда бывала о болезни и редко начиналась со стандартного вопроса — „На что жалуетесь?“. С иными больными Ганнушкин вел разговор на тему, казалось, не относящуюся к болезни: о положении дел в учреждении, где работает больной, о литературе, о неслужебных интересах больного, даже о московских новостях. Не всегда впервые присутствующему на приеме молодому врачу были ясны смысл и цель такой беседы. Еще в работе „Постановка вопроса о границах психического здоровья“ Ганнушкин писал, что совершенно не важна наличность симптома, а имеет значение лишь общая — качественная и количественная оценки — это составляло цель расспроса больного, к этому была приноровлена методика расспроса, каждый раз индивидуализированная, чуждая шаблона и схемы». 9

Умелый расспрос психически больного обеспечивает не только успех в получении необходимых врачу клинических фактов. Это в очень большом числе случаев одновременно и положительное психическое влияние. Сознательные психические больные всегда, а больные с психозами нередко хорошо запоминают, как с ними разговаривали. Диагностическая беседа для очень многих больных становится одновременно и началом психотерапевтического воздействия. Умение сочетать в диагностической беседе с психически больным оба эти направления всегда отличали лучших психиатров.

Расспросу как основному методу исследования в психиатрии необходимо обучаться не менее настойчиво, чем обучаются различным методам исследования в других разделах клинической медицины. Пожалуй, даже более настойчиво, так как искусство беседы много сложнее любого другого метода. Овладение расспросом подразумевает умение задавать точные вопросы в наиболее приемлемой для разных больных форме на протяжении всей беседы, и как результат — получение сведений, позволяющих делать соответствующие медицинские и другие выводы. Желание врача овладеть методом расспроса неотделимо от необходимости познать в какой-то степени самого себя, чтобы установить, какие свойственные врачу характерологические черты мешают его общению с больным, а какие, напротив, помогают такому общению. Постоянное самонаблюдение — неотъемлемая черта психиатров. Некоторые характерологические свойства врачей-психиатров, затрудняющие расспрос, такие как напористость, нетерпение, при желании чаще удается корригировать. Другие: — например, склонность к иронии, самонадеянность, прямолинейность, категоричность, упрямство, чувство своего превосходства, корригируются с очень большим трудом. Но и наличие, казалось бы, положительных качеств характера не всегда помогает расспросу. Чувство юмора считается одним из ценных человеческих свойств. Очень часто оно сосуществует с терпимостью, мягкостью, покладистостью и добротой. Но далеко не во всех случаях юмор помогает в беседе. Так, при расспросе больных с шизоидными чертами характера или больных подростково-юношеского возраста юмор в беседе — почти всегда наносит вред. Доброжелательная заинтересованность и способность к сопереживанию всегда отличали лучших психиатров. Однако любое из этих качеств может проявиться «в избытке» и обернуться фальшью, которая тотчас будет замечена больным. Поэтому психиатр, желающий научиться расспросу, должен постоянно вести как бы две линии в своем исследовании-линию исследования больного и линию анализа своего собственного поведения и высказываний. Сделанные во время беседы промахи часто нетрудно заметить и тотчас своевременно скорригировать. В других случаях промахи становятся очевидными лишь позже, и их всегда следует запоминать. Опыт облегчает психиатру такое двойное наблюдение, и оно производится со временем без труда. Начинать беседу, как об этом уже говорилось, лучше в сдержанных тонах. Такая манера позволяет скрыть свои личные недостатки. Сдержанность лучше всего компенсировать точными и нешаблонными вопросами, т.к. они быстро дают возможность больному почувствовать или просто понять, что за внешней сухостью кроется знание дела и нестандартный подход, — то, что больные всегда ценят более всего. Раз больной это почувствовал, врач может держаться свободнее. Больной готов не заметить огрехи беседы.

Научиться расспросу самостоятельно-трудное дело. Ему начинающий психиатр должен во многом учиться у своих старших товарищей. Для этого необходимо усваивать не только то, как они анализируют болезненные расстройства, на что обычно молодые врачи устремляют в первую очередь свое внимание, а в неменьшей степени следить, как они добывают сведения для этого своего последующего анализа. На первых порах можно пользоваться некоторыми техническими приемами, заимствованными у тех, кто хорошо ведет расспрос. Ограничиваться этим нельзя. Это все равно, что ходить в одежде с чужого плеча. Необходимо выработать, а затем совершенствовать свою манеру расспроса, приноровленную и к имеющимся знаниям, и к своим человеческим качествам.

Во время расспроса врач всегда наблюдает за больным. Мимика, движения, речь, манера держать себя как сами по себе, так и возникающие в ответ на задаваемые больному вопросы, дают врачу представление не только о психическом состоянии пациента. Очень часто с их помощью врач способен предугадать неожиданный поворот в содержании беседы, вовремя и правильно на это отреагировать, получить представление о том, какие новые вопросы и в какой форме следует задавать больному. Очень часто уже по одному внешнему виду больного врач способен в общих чертах дать правильную оценку его настоящего психического состояния, а в ряде случаев высказать правильные диагностические предположения: гиперметаморфоз (сверхотвлекаемость внимания, т.е. непроизвольное, кратковременное привлечение внимания к предметам и явлениям, обычно не замечаемым) и аффект недоумения позволяют думать о растерянности; сохранность внешних форм поведения и небольшого числа привычно шаблонных речевых оборотов у лиц пожилого возраста-заподозрить наличие расстройств памяти и т.д.

Расспрос и наблюдение — взаимодополняющие методы исследования в психиатрии. И тем не менее именно расспрос имеет решающее значение в обследовании и разрешении вопросов диагностики. О том, что психиатр должен «слухом» запечатлевать различные картины психических болезней, говорилось выше. Это положение подтверждается в эксперименте (R. E. Kendell, 1973). Пятиминутная беседа с группой, состоящей из 28 больных, была записана на видеомагнитофон, магнитную пленку, воспроизводилась в виде обычной записи. Затем эти три формы сведений были представлены группе квалифицированных психиатров. Те из психиатров, которые имели в своем распоряжении только запись на магнитной пленке или обычную запись, обнаружили точность диагностических решений, не отличавшуюся от той, которую показали психиатры, просмотревшие видеофильм. При этом оказалось, что 44% признаков, которые были выделены в качестве важных для постановки диагноза теми, кто использовал видеофильм, относились к особенностям поведения. Последние не были известны остальным двум группам психиатров. Но так как диагнозы тех, кто пользовался магнитной записью или просто читал содержание бесед с больными, и диагнозы тех, кто смотрел видеофильм, были одними и теми же и ставились с одинаковой убежденностью, было сделано заключение, что признаки, относящиеся к поведению, были вообще излишними, и что психиатры, как правило, опираются в своей диагностике на то, что они слышат от больных, и не слишком на то, как себя больные ведут.

Первоначально расспрос в большинстве случаев имеет своей целью выявление клинических факторов, раскрывающих психическое состояние больного в данный момент. Хорошо написанный и правильно квалифицированный психический статус дает возможность не только целенаправленно собирать затем анамнестические сведения, но во многих случаях позволяет делать и правильные диагностические предположения. «П. Б. (Ганнушкин) рассказывал, что в первые годы работы в клинике, ведя амбулаторный прием, он и С. А. Суханов не раз состязались в том, чтобы, описав статус больного, поставить диагноз и только потом уже, собрав анамнез, проверить правильность своего предположения. П. Б. пришел к убеждению, что хорошо собранный статус в достаточной мере говорит о диагнозе. Когда в последующие годы П. Б. докладывали больных, его внимание особенно оживлялось, когда история болезни подходила именно к этой части»10.


Про оверклокерс http://www.youtube.com/watch?v=FvhpVofHUww
Интельщики - педостахановцы (разгон до утренних пятухов)
Настоящие фанаты АМД, никогда не сдаются http://www.youtube.com/watch?v=v8KUCl9lFFk
Те кто не помогал АМД http://www.youtube.com/watch?v=BXq2Owuk ... re=related
Фанаты интела получа Пи http://www.youtube.com/watch?v=TGqLVaJW ... re=related

Аватара пользователя
Хмеля
Истинный Фанат
Истинный Фанат
 
Сообщения: 3434
Зарегистрирован:
28 авг 2009, 15:15
Откуда: Минск
Благодарил (а): 105 раз.
Поблагодарили: 93 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение Хмеля » 05 ноя 2010, 15:45

Trump, спрячьте пожалуйста это говно под спойлер... :oops:
А вот среди нас фанатов амд, начинается мордобой типа того ты меня уважаешь. (Opteron 2xxx)
Я всю жизнь занимался спортом и мой интерес были виды спорта чтобы по башке кому дать. (Opteron 2xxx)
Естественно я конченный фанат АМД. (Opteron 2xxx)
Можете считать меня фанатом одного скрина ;)
"Дальше пошли непереводимые потоки сознания" 12 июл 2012, 20:57 (с) Сателит о своих постах

Аватара пользователя
xxl_izh
Овер
 
Сообщения: 2039
Зарегистрирован:
08 янв 2010, 08:37
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 6 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение xxl_izh » 18 ноя 2010, 22:20

Trump писал(а):Что-то К-6 совсем тухлый проц... :spy:

да нет. это пень MMX "тухлый":
http://people.overclockers.ru/Kolian/record58
В отличие от обзора, который упоминался вначале, K6-2+ оказался быстрее, чем Pentium MMX, что и требовалось доказать


:bye:

Trump

 

Сообщение Trump » 18 ноя 2010, 23:20

xxl_izh
да нет. это пень MMX "тухлый":

Историю учи... :tooth:

Аватара пользователя
Opteron 2xxx
Штатный мерзавец
 
Сообщения: 6275
Зарегистрирован:
12 авг 2009, 21:59
Благодарил (а): 3 раз.
Поблагодарили: 45 раз.
Блог: Просмотр блога (1)

Сообщение Opteron 2xxx » 18 ноя 2010, 23:24

Трамп вы опять тему удалили. Сволочь вы трамп :gunner: :gunner:
Трамп скажите вы сожалеете что семью мироненко вырезали на кубани?
Мне кажется трамп среди вашего брата штеудеев много отмороженных тварей :gunner:
Про оверклокерс http://www.youtube.com/watch?v=FvhpVofHUww
Интельщики - педостахановцы (разгон до утренних пятухов)
Настоящие фанаты АМД, никогда не сдаются http://www.youtube.com/watch?v=v8KUCl9lFFk
Те кто не помогал АМД http://www.youtube.com/watch?v=BXq2Owuk ... re=related
Фанаты интела получа Пи http://www.youtube.com/watch?v=TGqLVaJW ... re=related

Trump

 

Сообщение Trump » 18 ноя 2010, 23:27

Opteron 2xxx
Ты загадил весь форум темами из 3-4-х постов, которые никому не интересны. Пиши в существующих темах.

Аватара пользователя
Opteron 2xxx
Штатный мерзавец
 
Сообщения: 6275
Зарегистрирован:
12 авг 2009, 21:59
Благодарил (а): 3 раз.
Поблагодарили: 45 раз.
Блог: Просмотр блога (1)

Сообщение Opteron 2xxx » 18 ноя 2010, 23:29

Trump писал(а):Opteron 2xxx
Ты загадил весь форум темами из 3-4-х постов, которые никому не интересны. Пиши в существующих темах.



Трамп я же тему для себя завел, вы туда можете не заходить. Я же в ваши не стучусь :lol:
Про оверклокерс http://www.youtube.com/watch?v=FvhpVofHUww
Интельщики - педостахановцы (разгон до утренних пятухов)
Настоящие фанаты АМД, никогда не сдаются http://www.youtube.com/watch?v=v8KUCl9lFFk
Те кто не помогал АМД http://www.youtube.com/watch?v=BXq2Owuk ... re=related
Фанаты интела получа Пи http://www.youtube.com/watch?v=TGqLVaJW ... re=related

Trump

 

Сообщение Trump » 18 ноя 2010, 23:32

Opteron 2xxx
Трамп я же тему для себя завел, вы туда можете не заходить. Я же в ваши не стучусь

Ты создаёшь кучу тем из одного поста "для себя", в которых кроме тебя никто не пишет, а нормальные темы уходят на следующую страницу и в них никто не пишет. Поддерживай существующие темы.
У тебя был свой форум... ;)

Аватара пользователя
Хмеля
Истинный Фанат
Истинный Фанат
 
Сообщения: 3434
Зарегистрирован:
28 авг 2009, 15:15
Откуда: Минск
Благодарил (а): 105 раз.
Поблагодарили: 93 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение Хмеля » 18 ноя 2010, 23:32

Opteron 2xxx писал(а):Трамп я же тему для себя завел, вы туда можете не заходить. Я же в ваши не стучусь

Прямо как собака, ходишь и метишь свои районы :tooth: :lol:
А вот среди нас фанатов амд, начинается мордобой типа того ты меня уважаешь. (Opteron 2xxx)
Я всю жизнь занимался спортом и мой интерес были виды спорта чтобы по башке кому дать. (Opteron 2xxx)
Естественно я конченный фанат АМД. (Opteron 2xxx)
Можете считать меня фанатом одного скрина ;)
"Дальше пошли непереводимые потоки сознания" 12 июл 2012, 20:57 (с) Сателит о своих постах

Аватара пользователя
MrGreen
Истинный Фанат
Истинный Фанат
 
Сообщения: 1247
Зарегистрирован:
04 май 2009, 19:16
Благодарил (а): 198 раз.
Поблагодарили: 136 раз.
Блог: Просмотр блога (1)

Сообщение MrGreen » 19 ноя 2010, 01:59

Trump писал(а):Поддерживай существующие темы.
У тебя был свой форум...

Но его и на собственном форуме забанили :mega_lol:
Trump ты случаем не модератор тамошний? :)
Уподобьтесь безжизненным кускам дерева или камня, чтобы ни одна мысль не потревожила ваш разум

**************************************************************************************
Earth below us, drifting falling,
Floating weightless, calling, calling home...

I was always thinking,
Games that I was playing...


I don't need no arms around me.
And I don't need no drugs to calm me...

Аватара пользователя
xxl_izh
Овер
 
Сообщения: 2039
Зарегистрирован:
08 янв 2010, 08:37
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 6 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение xxl_izh » 19 ноя 2010, 07:46

Trump писал(а):Историю учи...

вопрос был не в "истории", а в мат.части - которую ты не знаешь :P

ilan

 

Сообщение ilan » 19 ноя 2010, 09:26

Trump
ГазМясочка, похоже, даже и не подозревает, что Пень ММХ вышел гораздо раньше к6-2.

Аватара пользователя
xxl_izh
Овер
 
Сообщения: 2039
Зарегистрирован:
08 янв 2010, 08:37
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 6 раз.
Блог: Просмотр блога (0)

Сообщение xxl_izh » 19 ноя 2010, 09:43

пастушок как всегда очень не догадлив... прогрессирующий у илюши газмясинг - полностью парализовал его мозг :insane:
речь шла не о том, что и когда "вышло", а о том, что Trump выдал - K6-2 якобы "тухлый" на фоне Pentium MMX :hitrost:

Пред.След.

Вернуться в Бои без правил

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Bing [Bot] и гости: 14

cron